Введение. Импортозамещение превратилось в одно из приоритетных направлений государственного развития. Хотя сама идея развития собственного производства для снижения зависимости от импорта не нова и обсуждалась еще в 2000-х гг., ее реализации тогда мешали благоприятные условия для внешней торговли и активное присутствие иностранного капитала. В современных политико-экономических условиях на первый план вышли факторы, которые значительно ускорили процессы импортозамещения. Со стороны государства это программы поддержки ключевых отраслей и протекционистские меры. Переломным моментом, когда внешнее давление стало определяющим, считается 2014 г. Именно тогда были запущены масштабные системные программы, в первую очередь направленные на укрепление продовольственной безопасности. Материалы и методы. В отличие от существующих исследований, опирающихся на статистику, данная работа учитывает мнения компаний, внедряющих инновации для импортозамещения. Исследование анализирует два пути влияния инноваций на импортозамещение: прямое снижение импортозависимости и косвенное – через расширение рынков сбыта. В основе анализа лежат первичные данные статнаблюдения 2024 г.: форма № 1-технология (для оценки импортозависимости) и форма № 4-инновации (для анализа рынков). Эффективность оценивается по организациям, подтвердившим значительный эффект от внедрения технологий. Работа также учитывает влияние санкций на технологический обмен. Анализ проводится по регионам РФ. Результаты и выводы. Доля компаний, отметивших эффект от импортозамещения, варьируется по регионам от 51,0% (Якутия) до 15,0% (Чукотка) при среднем значении по России 33,7%, что выявляет значительный территориальный дисбаланс. Инновации демонстрируют более высокую эффективность в расширении рынков сбыта (53,0% в среднем по РФ), однако с огромным региональным разбросом – от 75,0% в Северной Осетии до 14,9% в Магаданской области. При этом санкционный фактор имеет умеренное влияние: лишь 22,6% компаний в целом по стране считают ограничения значимым барьером. Наибольшую зависимость от импорта технологий испытывают Белгородская область (32,7%) и Санкт-Петербург (32,5%), а наименьшую – Республика Алтай (10,5%) и Крым (11,8%). Обсуждение. Анализ 2020–2024 гг. показывает, что лишь треть организаций отмечает значительный эффект от внедрения технологий для импортозамещения. Несмотря на рост, особенно в 2022 г., текущий уровень указывает на проблемы в реализации проектов. Статистический анализ не выявил связи между эффективностью технологий для импортозамещения и ВРП на душу населения (r=0,05), что демонстрирует ограниченность чисто экономических методов оценки. В сфере расширения рынков сбыта наблюдается стабильная динамика с менее выраженной региональной дифференциацией, хотя дальневосточные регионы последовательно показывают более низкие результаты. Санкции являются значимым барьером не более чем для 25% организаций (максимум 32,7%).
Introduction. Import substitution has become a priority area of state development. Although the idea of developing domestic production to reduce dependence on imports is not new and was discussed back in the 2000s, its implementation was interfered by favorable conditions for foreign trade and the active presence of foreign capital. In the current political and economic climate, factors that significantly accelerated import substitution processes have come to the fore. On the government part, these include programs to support the key industries and protectionist measures. 2014 is considered to be the turning point, when external pressure became a determinant. It was then that large-scale systematic programs were launched, primarily aimed at strengthening food security. Materials and methods. Unlike existing studies that rely on statistics, this paper considers the opinions of companies implementing innovations for import substitution. The study analyzes two ways innovations influence import substitution: directly reducing import dependence and indirectly through expanding sales markets. The analysis is based on the primary statistical data from 2024: Form No. 1-Technology (for assessing import dependence) and Form No. 4-Innovation (for market analysis). Efficiency has been assessed basing on organizations that have demonstrated significant impact from technology implementation. The study also takes into account the impact of sanctions on technology transfer. The analysis covers Russian regions. Results and conclusions. The share of companies reporting an impact from import substitution varies by region, from 51.0% (Yakutia) to 15.0% (Chukotka), with a national average of 33.7%, revealing a significant territorial imbalance. Innovations demonstrate greater effectiveness in expanding sales markets (53.0% on average across Russia), but with significant regional variations – from 75.0% in North Ossetia to 14.9% in the Magadan Region. At the same time, the sanctions factor has a moderate impact: only 22.6% of companies nationwide consider restrictions a significant barrier. The Belgorod Region (32.7%) and St. Petersburg (32.5%) are most dependent on technology imports, while the Altai Republic (10.5%) and the Crimea (11.8%) are least dependent. Discussion. The analysis of 2020–2024 shows that only a third of organizations report significant impact from implementing import substitution technologies. Despite growth, particularly in 2022, the current level indicates challenges in project implementation. Statistical analysis revealed no correlation between the effectiveness of import substitution technologies and GRP per capita (r=0.05), demonstrating the limitations of purely economic assessment methods. Market expansion shows stable trends with less pronounced regional differentiation, although Far Eastern regions consistently demonstrate lower results. Sanctions pose a significant barrier for no more than 25% of organizations (up to a maximum of 32.7%).